Перейти к навигации

Павел Дмитриев. Мы, русские, нуждаемся в Самодержавии

Правовед Павел Дмитриев убежден, что без этого русскому народу не выжить …

Размышляя на тему национальных отношений, нельзя не обратить внимания на турецкий опыт устроения страны после распада Османской империи. Правда, опыт сей не настолько уж совместим с нашей ситуацией. Оставив Сирию, Ирак, Македонию и прочие, турки остались, практически, в мононациональной стране, силой ассимилируя немногие небольшие этносы, а единственно крупный, в виде окраинно живущих курдов, выдавливая за пределы своих границ.

У нас все сложнее. Есть крупные этносы, исторически обосновавшиеся в середине страны, есть многочисленные малые народы, рассредоточенные по всей территории государства. То есть политика ублажения малых и относительно крупных этносов является неизбежной для сохранения территориального единства государства.

Поэтому дуйся на правительство или не дуйся, но понимать его тоже надо. Либо риски распада территории, либо политика дружбы, которая дружбой может и не быть, но расходов и прочих телодвижений почитания требует постоянно.

В этой политике, с нужностью которой приходится согласиться, удручает то, что права и интересы русского населения оказываются на втором плане.

Получается, что коренной, государствообразующий народ, составляющий 80% населения, в целях своей осторожной политики сохранения территории несет затраты по поддержанию 275 языков страны (!), по сохранению и реализации прав 193 народов (!) и при этом не вправе иметь никакого преимущества, и обязан это многоцветие содержать, окультуривать и поддерживать в цивилизованном виде.

Почему же в царской России не было такой проблемы, хотя сосуществование народов населяющих русскую империю было достаточно спокойным и стабильным, без необходимости ограничения прав русских.

Дело, конечно, в типе государства. Все же республика, провозглашая верховенство права, неизбежно упирается в логику равенства. А равенство 111 млн. русских и, например, 1900 камчадалов невозможно без умаления прав русских, без их обязанности уступать, содержать и платить за существование и развитие малых народов, которые сами не в состоянии это развитие себе обеспечить.

Ситуация с крупными этносами, типа татар и других, конечно иная. Но уступки и реверансы выглядят неизбежными, сколько ни говори о равенстве.

Демократия плутовата, по сути! Декларируя равенство прав, она никогда не афиширует преимущество богатого перед бедным. Их равные права в суде, при столкновении интересов, могут дать лишь неравные и вполне предсказуемые результаты. Так и в национальной политике равенство предполагает преимущества более крупной нации, которая, поскольку больше численностью и политическим весом, не может не быть при этом и богаче и культурнее, обеспечив своей историей эти свои преимущества. Ну, как, например, в США преимущества белых перед индейцами, латиноамериканцами и даже афроамериканцами, при всей поддержке государства, по численности представительства в ведущих отраслях культуры, науки, бизнеса и политики, уступающие англосаксонскому коренному населению.

У нас же основной этнос, русские, утратил все свои материальные преимущества, так как русские состояния ушли в распыл в революциях двадцатого века. Русские с богатством утратили и политическую власть, так как интернационал, преимущественно евреи, кавказцы и др., оседлав стихию народного гнева, вовсе не собирался допускать русских к принятию основных решений в стране.

Трансформация этой ситуации в демократию мало что изменила в принципе, так как русские не восстановили свое национальное богатство, которое, как при Советах, так и сейчас многонациональное, а фактически, преимущественно, кавказское и еврейское. О потерях культурных, социально-психологических, демографических и говорить не хочется.

То есть преимущества, исторически созданные русскими, и которые в тех же США есть у англосаксов, и которыми те пользуются, живя в демократии, у русских утрачены.

Соответственно, ситуацию с правами русских можно рассматривать только как проигрышную изначально. Русским, как бы предопределено служить малым и относительно крупным этносам в целях сохранения территории РФ. При этом целостность территории обеспечивается мощным патриотическим инстинктом русских, который, в этой связи, эффективно эксплуатируется. Как это ни парадоксально, но национальную приниженность русских обеспечивает их же патриотизм!

Большинство людей вряд ли понимают эту хитроумную логику, но она работает!

Ситуацию усугубляют миллионы мигрантов, без достаточных оснований в необоснованно завышенном числе впущенные правительством на территорию страны.

Своим дешевым трудом, выбивая русских с рынка рабочей силы, они вольно или невольно способствуют еще большему обнищанию коренного народа.

Специфика экономики, утратившей промышленные черты и переведенной на рельсы услуг и торговли, также не способствует конкурентоспособности русского населения. Так как в основной своей массе русские больше работники, чем торговцы. Чего не скажешь о многочисленных азиатах, для которых рынок генетически родная стихия.

В итоге, русские, рано или поздно должны прийти к выводу, что правовое равенство, лежащее в основе демократии, для них означает лишь окончательную утрату самоуважения, богатства, власти, а впоследствии и территории, о которой демократия столь трогательно печется. До поры, пока на ней не выпестованы мощные, богатые национальные анклавы, против которых, расстроенные, поредевшие ряды обнищавших, психологически подавленных русских ничего не смогут сделать.

Иными словами, демократический тип правления, без замены авторитарно русским правлением, в виде самодержавия, так как нацизм для русских генетически неприемлем, приведет нас рано или поздно к потере страны.

И пусть лучше рано, чем поздно нам станет понятным, почему мы – русские - нуждаемся в самодержавии!

Павел Дмитриев, правовед, публицист

26.10.2013

http://ruskline.ru/news_rl/2013/10/26/my_russkie_nuzhdaemsya_v_samoderzhavii/

Поделиться: 


Book | by Dr. Radut