Перейти к навигации

Офицер харьковского «Беркута»: "Те люди, которые днем командовали нами, вечером уже пили водку с теми, кто стоял против нас"

"«СП»: — Какие эпизоды этой горячей службы были самыми драматическими для вас?

— 22 января «мирные митингующие» пошли на обострение. Швыряли бутылки с зажигательной смесью. Я неосторожно высунулся из-за щита одного солдатика внутренних войск. И как раз в щит прилетела бутылка. Опалила лицо.

Но самое сложное и драматическое — это психологическое давление. У нас был заместитель командира батальона (он тоже сейчас в розыске, находится за пределами Украины). В январе, во время противостояния на Грушевского, он с товарищами задерживает радикала. Приводят. Составляют рапорт. Через день фотография этого рапорта появляется в интернете, с указанием фамилии, данных нашего товарища. Внизу написан его адрес, место проживания. Через два часа на странице его жены выплывает сообщение: «Мы придем, тебя сожжем вместе с семьей». Угрозы поступали систематически. И это было самое тяжелое. Физическую боль, когда тебе кирпичом заехали, — можно перенести. Но другое дело — когда переживаешь за свою семью: невыносима сама мысль о том, что родные и близкие не защищены. А в интернете то и дело выкладывали номера телефонов — и наши, и наших жен. Разведка у них работала отлично. А информация из МВД сливалась систематически.

«СП»: — Догадываетесь, кто этим занимался?

— Я думаю, источники находились в управлении общественной безопасности, в управлении собственной безопасности. Когда мы приезжали в командировку, из областного УВД подавились все наши данные в Киев: ФИО, телефон, должность, звание. И всё это, наверное, сливалось уже из киевских кабинетов. Мы по-прежнему общаемся с товарищами. И сейчас выясняются интересные истории: предательство было на таком уровне, что это просто караул… Те люди, которые днем командовали нами, вечером уже пили водку с теми, кто стоял против нас.

В конце марта должна выйти документальная книга нашего тогдашнего министра,Виталия Юрьевича Захарченко. Название — «Кровавый майдан». Я читал некоторые отрывки из нее. Там будет рассказано и о предательстве: как Коряк (во время Майдана — начальник ГУ МВД Украины в Киеве), несмотря на запрет Захарченко, отдал приказ разогнать митинг в ночь на 30 ноября; как Лёвочкин это всё организовал. Там много интересного: например, как некоторые генералы, замы министра ложились под майданное руководство, как некоторые ужинали с Аваковым, когда их бойцов жгли «коктейлями Молотова».

«СП»: — Как уходили из Киева?

— По сравнению с остальными, ушли благополучно. С 20 по 22 февраля мы находились в Межигорье. Нам выдали автоматы КСУ, 5,45 мм, и боекомплект. Протестующие уже рвались к резиденции Януковича, чтоб наконец-то увидеть богатства — «золотые унитазы» и «золотые батоны» — и насладиться ими. Майдановцам хотелось, чтоб мы оттуда поскорее убрались и чтоб можно было свободно просочиться в резиденцию. Руководство договорилось с кем-то из майдановских главарей — и нас беспрепятственно пропустили. Мы ехали с оружием. Харьковский «Беркут» боялись и не трогали.

Но надо сказать о раненых. Майдановцы всех пообещали вырезать. Одного нашего раненого, которому раздробило пяточную кость, знакомые киевляне вывозили из больницы в Харьков. Он лежал в микроавтобусе, спрятанный под ковром. Каждые два часа ему вкалывали морфий для обезболивания, потому что он криком кричал… А еще два товарища выезжали, оставив форму, удостоверения в госпитале МВД. Им дали спортивные штаны, тапочки… Посадили в автобус (были адекватные киевляне, которые помогали). 21 февраля раненые выбирались из Киева — кто как мог. По нашим данным, 18?20 февраля были ранены порядка трехсот правоохранителей. Но многие даже не обращались за медицинской помощью, дома лечились."

http://svpressa.ru/society/article/145228/

Поделиться: 


Blog | by Dr. Radut