РУССКОЕ САМОДЕРЖАВИЕ

4/17 июля 1918 года от рук врагов Христовых приняла муче­ническую смерть Царская Семья и ее верные слуги. Силы зла не скрывали своего торжества. В июле 1918 года большевистский деятель Сафаров писал в «Уральском рабочем»: «В ночь с 16 на 17 июля по постановлению президиума областного Совета рабо­чих, крестьянских и красноармейских депутатов Урала рас­стрелян бывший царь Николай Романов. Он слишком долго жил, пользуясь милостью революции, этот коронованный убийца. Ра­бочие и крестьяне, поглощенные творческой работой и великой революционной борьбой, как будто не замечали его и оставляли жить до народного суда!

Полное название главы: Безвестный герой Смутного времени ростовский Борисоглебский затворник Иринарх. Бытовое и историческое значение его подвига

Полное название главы: Сказания и дела Авраамия Палицына: новый его восхвалитель. Полиции как член посольства к Сигизмунду. Величие думного дьяка Луговского. Низменность Палицына. Его писания. Историческое значение Троицких грамот

Полное название главы: Пояснения к предыдущему: шаткость научных оснований в истории. Существо бытовых и политических интересов дружинного сословия служилых и крестьянского сословия тяглых. Их отношение к созданному государству. Коренные причины Смуты. Бытовое значение казачества

Пожарский окончил свой подвиг и не получил от современников до­стойной награды или соответственной его заслугам признательности!

Обыкновенно рассказывают (и это стало уже непогрешимой исти­ной), что нижегородцы поднялись и вошли, так сказать, в разум только с той минуты, как прочитали призывную грамоту из Троицкого монасты­ря. Дело вообще представляется в таком виде, что нижегородцы до того времени, как будто, по словам легенды, в самом деле спали и слухом не слыхали, что делается в Москве: из этой только грамоты они узнали именно о том, что настоит необходимость помочь Отечеству.

В жизни Пожарского избрание его в воеводы всенародного ополче­ния является делом первой важности, которое и придает этой личности особенное значение. Почему избран был Пожарский, а не другой кто?

Когда, по вызову Минина, нижегородцы решились помочь Отечест­ву, по-своему, своим умом и обычаем, то первым их делом был выбор во­еводы. Летописцы свидетельствуют, что в этом случае выбор был свобод­ный, всем миром, хотя иные описывают вообще, что все устроил Минин, что он же «совосприподобил» и князя Пожарского. Но так говорят, с по­нятной симпатией к Минину, именно те летописцы, которые и все ниже­городское событие, по его внутреннему смыслу, сливают в одно имя Ми­нина. Здесь летописцы стоят на общей, высшей, идеальной точке зрения в изложении события и не вдаются ни в какие частные, реальные подроб­ности. Здесь несомненным фактом является не подробность, а смысл и значение всего дела.