Перейти к навигации

Петра творенье

                                  

              ПОСВЯЩАЕТСЯ    ПРАЗДНОВАНИЮ    ДНЯ     РОССИИ

               – 12 ИЮНЯ (30 МАЯ СТ. СТИЛЬ) – ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ  

                         ИМПЕРАТОРА      ВСЕРОССИЙСКОГО

                         ПЕТРА     АЛЕКСЕЕВИЧА    РОМАНОВА      

                     И   300-ЛЕТИЮ    ПОБЕДЫ   ПОД    ПОЛТАВОЙ

                                                           Была    та    смутная   пора,
                                                                                                     Когда    Россия     молодая,
                                                                                                      В борениях силы напрягая,
                                                                                                      Мужала   с   гением   Петра.
                                                                                                     А. С. Пушкин «Полтава»
 
        У замечательного знатока русской души, писателя, члена-корреспондента Петербургской академии наук Федора Михайловича Достоевского (1821 – 1881) в речи, произнесённой 8 июня 1880 года в Колонном зале московского Благородного собрания на втором заседании Общества любителей российской словесности по случаю открытия памятника А. С. Пушкину в Москве, есть такие слова:

 
        «Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа», — сказал Гоголь. Прибавлю от себя: и пророческое. Нет, положительно скажу, не было поэта с такою всемирною отзывчивостью, как Пушкин, и не в одной только отзывчивости тут дело, а в изумляющей глубине ее, а в перевоплощении своего духа в дух чужих народов, перевоплощении почти совершенном, а потому и чудесном, потому что нигде ни в каком поэте целого мира такого явления не повторилось. Это только у Пушкина, и в этом смысле, повторяю, он явление невиданное и неслыханное, а по-нашему, и пророческое, ибо… ибо тут-то и выразилась наиболее его национальная русская сила, выразилась именно народность его поэзии, народность в дальнейшем своем развитии, народность нашего будущего, таящегося уже в настоящем, и выразилась пророчески. Ибо что такое сила духа русской народности как не стремление ее в конечных целях своих ко всемирности и ко всечеловечности? Став вполне народным поэтом, Пушкин тотчас же, как только прикоснулся к силе народной, так уже и предчувствует великое грядущее назначение этой силы. Тут он угадчик, тут он пророк.
        В самом деле, что такое для нас Петровская реформа, и не в будущем только, а даже и в том, что уже было, произошло, что уже явилось воочию? Что означала для нас эта реформа? Ведь не была же она только для нас усвоением европейских костюмов, обычаев, изобретений и европейской науки. Вникнем, как дело было, поглядим пристальнее. 
        Да, очень может быть, что Петр первоначально только в этом смысле и начал производить ее, то есть в смысле ближайше утилитарном, но впоследствии, в дальнейшем развитии им своей идеи, Петр несомненно повиновался некоторому затаенному чутью, которое влекло его, в его деле, к целям будущим, несомненно огромнейшим, чем один только ближайший утилитаризм…
        Ведь мы разом устремились тогда к самому жизненному воссоединению, к единению всечеловеческому!..
        Да, назначение русского человека есть бесспорно всеевропейское и всемирное. Стать настоящим русским, стать вполне русским, может быть, и значит только стать братом всех людей, всечеловеком, если хотите. О, всё это славянофильство и западничество наше есть одно только великое у нас недоразумение, хотя исторически и необходимое…
       Повторяю: по крайней мере, мы уже можем указать на Пушкина, на всемирность и всечеловечность его гения».

 
 
      «Гений Петра вырывался за пределы своего века», – писал А. С. Пушкин (1799 - 1837) в своих «Исторических замечаниях» в 1822 году. В «Пире Петра Первого» (пир по поводу примирения царя с подданным ) Пётр назван поэтом «чудотворцем-исполином». В «Моей родословной» Александр Сергеевич рисует героический образ Петра,   одарённого титанической силой:
 
                                     Кем наша двигнулась земля,
                                     Кто придал мощно бег державный
                                     Корме    родного     корабля.
 
      А в поэме Пушкина «Медный всадник» Пётр предстаёт как «державец полумира»:
 
                                     Какая     дума         на       челе!
                                     Какая  сила   в   нём   сокрыта!…
                                     О, мощный властелин судьбы!
 
      Пушкинский словесный, колоритный портрет Императора Петра Алексеевича Романова (1672 - 1725) помогает раскрыть загадку эпохи «Российского абсолютизма восемнадцатого века», сокрытую в русском характере гениальной личности   Преобразователя:
 
      Самодержавною    рукой
      Он смело сеял просвещенье,
      Не презирал страны родной:
      Он знал своё предназначенье.
 
                                                То      академик,      то      герой,
                                                То мореплаватель, то плотник,
                                                Он       всеобъемлющей     душой
                                                На троне вечный был работник.
 
      Девизом Петровских преобразований может служить народная пословица: «Ищи добра на стороне, а дом   люби по   старине!»
 
      Иностранец Альгаротти где-то метко сказал: «Петербург – окно, через которое Россия смотрит в Европу». Именно: «смотрит» (в смысле: изучает, перенимает), ведь сам Царь Пётр по этому поводу писал: «Европа   нужна   нам   только    на   несколько десятков лет. А после того мы можем обернуться к ней задом».


      «Пушкин, – отмечает в 1846 году замечательный русский православный мыслитель и писатель Николай Васильевич Гоголь (1809 - 1852) в письме «О лиризме наших поэтов» к незабвенному поэту, художнику, воспитателю цесаревича великого князя Александра Николаевича, автору слов  Государственного гимна 
Российской империи, названного «Молитвой русского народа» (гимн – «БОЖЕ Царя храни…» – звучит с 1833 года), Василию Андреевичу Жуковскому (1783 - 1852), – был знаток и оценщик верный всего великого в человеке. Да и как могло быть иначе, если духовное благородство есть уже свойственность почти всех наших писателей?…»
       Гоголь в этом письме проникновенно развивает высокие мысли Пушкина о исторической миссии БОЖИЕГО помазанника и о значении монарха:
 
            «Тот из людей, на рамена которого обрушилась судьба миллионов его собратий, кто страшною ответственностью за них перед БОГОМ освобождён уже от всякой ответственности перед людьми, кто болеет ужасом этой ответственности и льёт, может быть, незримо такие слёзы и страждет такими страданьями, о которых и помыслить не умеет стоящий внизу человек, кто среди самых развлечений слышит вечный, неумолкаемо раздающийся в ушах клик БОЖИЙ, неумолкаемо к нему вопиющий, тот может быть уподоблен древнему Боговидцу… Там только исцелится вполне народ, где постигнет монарх высшее значенье своё – быть образом ТОГО на земле, КОТОРЫЙ САМ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ...».
 
      Однако чтобы стать любящим отцом «преображённого» земного отечества по образу и подобию ОТЦА НЕБЕСНОГО, то есть слыть выразителем народного религиозно-нравственного идеала вождя, всецело и свободно устремляющего душевные силы свои к истине и добру – к правде БОЖИЕЙ, нужно:
 
во-первых, самому быть «по сердцу БОЖИЮ», так в Новом Завете повествуется, что «поставил БОГ им царём Давида, о котором и сказал, свидетельствуя: нашёл Я мужа по сердцу МОЕМУ, Давида, сына Иессеева, который исполнит все хотения МОИ» (Деян.13,22);
 
во-вторых, по вступлении на престол Царю необходимо совершить торжественный обряд священного коронования и миропомазания по чину  Православной Церкви.
 
     «Миропомазание царское,– указывал в слове на день cвященного миропомазания и венчания на царство благоверного Государя Императора Николая   Александровича   в 1907 году   праведный Иоанн   Кронштадтский   (1829 - 1908),   –
есть знамение   излияния благодати ДУХА СВЯТОГО, ГОСПОДА ЖИВОТВОРЯЩЕГО, на

лицо помазуемого, и мудрости и силы для управления подданными. Этот священный обряд есть БОЖИЕ установление… Царь Давид вот что говорит о благодатном действии на него священного помазания и силы БОЖИЕЙ, сообщённой через него:
 
     «БОГ препоясывает   меня силою   и   устрояет   мне   верный   путь…Ты дал мне щит спасения ТВОЕГО, и десница ТВОЯ поддерживает   меня…» (Пс.17,33 и 36).
 
      Царь Пётр Алексеевич собственноручно владел четырнадцатью ремёслами – плотничал, точил, строил, делал чертежи кораблей и постоянно совершенствовал щедро дарованные ему ТВОРЦОМ душевные способности и физические возможности: пытливый ум, непреклонную волю, обострённое чувство долга и пользы; и без остатка отдавал себя самозабвенному служению Церкви и Отечеству, беззаветно любя Россию. Государь любил повторять:
 
     «Быть трудолюбивым и честным – вот лучшая политика человека, власть имущего.
Приносит она однако же мало пользы, если не сопутствует ей   благословение БОЖИЕ».
 
      По свидетельству современника, выдающегося русского механика и машиностроителя Андрея Константиновича Нартова (1683 - 1756), «Пётр был истинный богопочитатель и блюститель веры христианской. Подавая многие собою примеры того, говаривал о вольнодумцах и безбожниках так: 
”кто не верует в БОГА, тот либо сумасшедший, или с природы безумный. Зрячий ТВОРЦА по твореньям познать должен”». «Колико Пётр Великий не терпел суеверия, толико, напротив, Божественные почитал Законы и чтение Священного Писания,   Ветхого и   Нового Завета   любил».
 
      Пословица метко гласит: «Сердце царёво в руке БОЖИЕЙ».
 
      Совесть, иначе «глас БОЖИЙ» в человеке, есть тот внутренний душевный «Боговидец Моисей», который вёл в течение бурной, земной жизни    БОЖИЕГО    помазанника – преобразователя «по среднему   царскому    пути»    во    всех    его    начинаниях.
 
      Существо власти Христианского Государя Императора (так глубоко интуитивно прочувствованное самим   Петром Великим) –
как «особы священной и неприкосновенной»; как «верховного защитника и хранителя господствующей веры, блюстителя правоверия и всякого в Церкви Святой благочиния» – изложено в ст. 4 первого раздела Свода основных государственных законов Российской империи, составленного Михаилом Михайловичем Сперанским (1772 - 1839) и опубликованного в 1832 году:
  
       «Императору Всероссийскому принадлежит Верховная Самодержавная   власть. Повиноваться власти Его, не только
 за страх, но и за совесть, Сам БОГ повелевает».


      Век спустя (во времена культурного расцвета просвещённого дворянства) в царствование благородного и благочестивого Государя Императора Николая Первого Павловича возникла насущная потребность в подробном исследовании «золотого восемнадцатого века» – поры плодотворной деятельности созидателей Российской империи, «русских колоссов»: монархов Петра Первого и Екатерины Второй; святителей: митрополитов Ростовских Дмитрия и Арсения, митрополита Тобольского и всея Сибири Иоанна (Максимовича), епископов: Белгородского Иосафа, Воронежских Митрофана и Тихона; преподобных подвижников старцев Паисия Величковского и Серафима Саровского; праведных: флотоводца адмирала Фёдора Ушакова и воина Иоанна Русского;
блаженной Ксении Петербургской; всеобъемлющего учёного-энциклопедиста Ломоносова, историка Татищева, талантливых поэтов: Тредиаковского и Державина; виртуозного композитора Бортнянского; писателя Сумарокова, живописца Левицкого;   архитектора    Растрелли;   актёра   Волкова; напористых и трудолюбивых   династий   промышленников   и   благотворителей:
Баташевых, Бахрушиных, Демидовых, Кузнецовых, Строгановых;   
славных полководцев: Голицына-Финляндского, Меньшикова-Петербургского, Орлова-Чесменского, Потёмкина-Таврического, Румянцева-Задунайского,      Суворова-Рымнинского-Италийского…
 

      В 1832 году выдающийся государственный деятель, министр народного просвещения (1833 - 1849), президент Петербургской академии наук (1818 - 1855) граф Сергей Семёнович Уваров блестяще сформулировал социальную доктрину, определяющую основы Российского государственного строя, заложенного Петром Великим: «ПРАВОСЛАВИЕ, САМОДЕРЖАВИЕ, НАРОДНОСТЬ». Эта формула – точное обобщённое выражение неразрывной триады: духа, души и тела каждого человека, являющегося одновременно и членом духовно единого «ТЕЛА ХРИСТОВА» – Церкви (в контексте: вечной жизни души), и членом душевно единого «НАРОДНОГО СЕМЕЙСТВА»–Царства (в  контексте: временной   телесной   жизни).

 
      Самодержец     является    в     той    доктрине   выразителем самобытной    народной    души,   выступая   «крайним    судьёй»    и осуществляя   «скорое,   правое   и   милостивое   правосудие».
 
      «Самодержец, – по словам академика Петербургской академии наук  В. А.  Жуковского, – есть источник земного закона, но сам не есть закон, а только выразитель ЗАКОНА БОЖИЯ…».
 
      «Царь – глава и вождь своего народа, первый человек Русской земли, её блюститель и защитник. Ёе благо, её мир и разумная свобода жизни…– интерес царский; других интересов у Царя нет»,–

утверждал в девятнадцатом веке видный славянофил, публицист и поэт Иван Сергеевич Аксаков (1833 - 1886).
 
Известный с конца девятнадцатого века идеолог русской национальной идеи Лев Александрович Тихомиров (1852 - 1923) дал Петру Первому следующую характеристику:
 
       «Пётр был величайшим выразителем русского человека в этой решимости жить только истиной… Он готов был отречься от всего, 
в чём не видел истины и прилепиться  чему угодно, если 
усматривал в нём истину».
     
       Благодарные потомки (это воистину лучшие плоды трудов нашего державного предка) увидели в облике Санкт-Петербурга образ «райского сада», насаждённого по воле БОЖИЕЙ Петром и насыщающего всех благодатной жизнью во   ИИСУСЕ   ХРИСТЕ.
 
      «Здесь быть городу, – сказал царь, осматривая Заячий остров в устье Невы в день ПРЕСВЯТОЙ ТРОИЦЫ 16-ого мая 1703 года. В выкопанный тут ров установили каменный ящик, окроплённый духовенством святой водой. В него поставили золотой ковчег с мощами святого апостола Андрея Первозванного. Переезжая в Петербург Пётр Первый перевёз из Москвы много святынь в виде прославленных чудотворных икон СПАСИТЕЛЯ и БОЖИЕЙ МАТЕРИ: любимую келейную икону «Нерукотворного образа Господня», которую поместил в своём «Летнем дворце» («Домик Петра Первого» в Летнем саду), а также Казанскую, Знамения Царскосельскую, Всех Скорбящих Радости…
      В 1715 году по Высочайшему повелению и царским попечительством была восстановлена, опустошённая шведами, Валаамская обитель.
      В 1724 году в Санкт-Петербург в Александро-Невскую лавру, основанную в начале восемнадцатого века Петром Первым из Владимира перенесены мощи святого благоверного великого князя Александра Невского   –   небесного   предстателя   новой столицы.
      В 1833 году в «Медном всаднике» Пушкин восхищается великолепием Петербурга, прослывшего уже повсюду за «Северную Пальмиру» – этой увековеченной в камне «победе человеческой воли   над   сопротивлением    стихий»: 
                   
      Громады     стройные     теснятся
      Дворцов     и      башен;       корабли
      Толпой    со    всех    концов    земли
      К богатым пристаням стремятся.
 
                                                   В       гранит        оделася      Нева;
                                                   Мосты     повисли      над    водами;
                                                   Тёмно-зелёными       садами
                                                   Её     покрылись      острова.


     Прошло три века, ГОСПОДЬ хранит «Петра творенье» от всякого врага и супостата. Ибо время   показало, что учреждения, нововведения, указы и начинания Петра Великого как-то: новая морская столица Санкт-Петербург и загородная резиденция – Петергоф, промышленные города: Екатеринбург на Урале и Петрозаводск   на   берегу   Онежского   озера; Сенат   и    Коллегии;Святейший Синод и Александро-Невская Лавра; церкви и пустыни (в том числе и Саровская пустынь); госпитали для зазорных младенцев и богадельни для инвалидов при монастырях; первоначальные и профессиональные школы (с обязательным обучением для дворян); училище живописи и ваяния; почта; Кунсткамера – первый музей с даровым входом в Петербурге и Сухарева башня в Москве – первая в России Навигационная школа; аптеки; архивы и библиотеки; Императорские Академия наук и Ботанический сад; биржа и Торговый устав; ассамблеи и балы в Летнем саду; триумфальные шествия и фейерверки; первая газета «Ведомости» (печатается гражданским шрифтом); изменение календаря (летосчисление от Рождества Христова); технически оснащённая регулярная рекрутская армия и победоносный флот; организация в условиях изнурительной Северной войны (1700 - 1721) со Швецией за выход к Балтийскому морю строительства: промышленных предприятий (в том числе Тульский оружейный завод), каналов (в том числе Ладожского), сухопутных дорог; инициатива проведения Великой Северной экспедиции; содержание текстов Указов: о создании губерний, о введении подушной подати, о единонаследии (майорате), об учреждении Воспитательных домов, о запрещении браков по принуждению; а также содержание положений: «Артикула воинского», «Генерального регламента», «Духовного регламента», «Табеля о рангах» – все по сути вышеупомянутые дела и свершения «Отца Отечества» представляют плоды ума обширного, исполненного доброжелательства и мудрости; и имеют практическую значимость и актуальность для нынешнего возрождения России.
      
И стали вещими слова из поэмы «Медный всадник» великого русского поэта:
 
        Красуйся, град Петров, и стой
        Неколебимо,       как      Россия!
        Да    умирится   же   с   тобой
        И       побеждённая       стихия:
 
                                                     Вражду и плен старинный свой
                                                    Пусть волны финские забудут
                                                    И тщетной   злобою не будут 
                                                   Тревожить вечный сон Петра!
                                                                                                      2009

                                                   

Поделиться: 


Blog | by Dr. Radut